Слушать радио киев еврейский

Василий Костицкий: нельзя бросать начатое дело

Декабрь 8th, 2010 | by admin |

88

Главный редактор газеты «Киев еврейский» Элеонора Гройсман встретилась с Главой Национальной экспертной комиссии по морали Василием Васильевичем Костицким.
О том, как работается на этой должности, о морали, о долге и толерантности, о  врагах комиссии читайте в эксклюзивном интервью.

Э.Г. – У Вас в жизни было много назначений, как вы отнеслись к тому, что вас назначили руководить Национальной экспертной комиссией?  За эти годы работы Вы разочаровались или наоборот обрадовались этой должности, и какие радости и горести она приносит лично вам?

В.К. – У меня было не так уж много назначений. Я люблю работать на  одном месте достаточно долго и у меня за спиной больше девяти  лет работы во Львовском облисполкоме. Около 10 лет в Парламенте в качестве Народного депутата, а там уже жизнь политическая так сложилась, что на одном месте трудно было работать, потому что все время меняется схема власти. Я еще недолго замминистра был. Конечно, работа в комиссии по морали приносит страшные неудобства, я не буду говорить о том, что моя семья меня мало видит, я вынужден много ездить по стране, выступать, налаживать механизмы защиты этики отношений между людьми в областях Украины. И моей жене не очень нравится моя должность, она с большей радостью встретила б меня вечером в качестве профессора, который вернулся с работы.

Э.Г. – А что Вас подпитывает и дает силы в этой должности?

В.К. – Нельзя бросать начатое дело. В моем кабинете на стене висит мой лозунг – фраза Томаса Джефферсона. «Стремитесь всегда исполнить свой долг, и человечество оправдает вас даже там, где вы потерпите неудачу».

Э.Г. – Что для Вас работа – выполнение долга или порыв души?

В.К. – Я думаю и то и другое. Я не жду, чтобы мне сказали спасибо. Может быть, не дождусь этого. Наша деятельность создает неудобства бизнесу и эти неудобства связаны с тем, что нужно менять стиль своей работы, нужно всегда помнить о правах любого человека, нужно избавляться от индивидуального или производственного эгоизма. То, что ты делаешь не должно нарушать права другого человека,  у нас пока, к сожалению, этого еще не хватает. Журналистика должна быть свободной от всего. Реализовать эту задачу можно не обижая и не унижая других. Например, много споров всегда было в вопросах криминальной хроники. Мы просили журналистов не показывать расчлененные трупы, не показывать сценарии и рецепты осуществления преступлений, не показывать жертв преступлений, особенно связанных с изнасилованием и прочим. Журналист должен понимать, что это связано не только с неудобствами, но и с драмой и трагедией других людей.

Я думаю, мне удалось что-то сделать на этом посту, мне многие люди говорят, что из неизвестной маленькой конторы получился государственный орган, с которым вынуждены считаться. Может его не любят, но считаются.

Э.Г.-  Есть ли подобные комиссии в других странах?

В.К.-  Все страны, общественность, правительство, элита, обеспокоены тем, что происходит в информационном пространстве. Конечно, во всех странах имеются органы-аналоги .

Э.Г. – Насколько компетентна украинская комиссия, и кто в нее входит?

В.К. – В комиссию входят известные на Украине люди. Постоянно идет процесс дополнения комиссии другими известными людьми. Я могу назвать вам, например, Александр  Злотник, даже комментировать не буду, тот же Павел Молчанов, Алексей Богданович народный артист, тот же директор института психологии Максименко и так далее. Это люди, которые работают в более узкой сфере, чем комиссия. В музыке, психологии или педагогике являются признанными профессионалами в Украине. Но в комиссии также работают эксперты, их у нас 18 человек. У нас еще есть представители в областях – 15 человек. Те, кто делают экспертизу, это, как правило, люди, у которых два образования, а не одно. Идет процесс ротации, когда я пришел в 2008 году работать в комиссию, у нас были там метростроители, подводники, радиофизики, разные люди были. Так сложилось, что комиссия – была непопулярным органом, никто не хотел там работать, из людей, которые являются специалистами в сфере этики. За это время, я думаю, уже удалось провести ротацию.

Я думаю, что наши решения компетентны, во всяком случае, до сегодняшнего дня мы не проиграли ни одного судебного дела, в которых оспаривались наши решения.

Э.Г. – Решения комиссии носят рекомендательный характер, или у комиссии есть какие-то рычаги воздействия на нарушителей морали?

В.К. – Я думаю, что для демократического общества найден идеальный вариант. Решение комиссии не является обязательным для исполнения, но обязательно для рассмотрения. Это же экспертное решение,  и, если в нашем решении идет речь о том, что в городе Х на телевидении на канале таком-то выступают люди, которые обижают и унижают евреев или украинцев, молдаван  или россиян, то на основании этого экспертного заключения может быть возбуждено даже уголовное дело или предъявлены претензии к телеканалу. Это уже не наша задача, это задача Совета по вопросам  телевидения, радиовещания, Генеральной прокуратуры, Министерства юстиции и  других компетентных органов.

Э.Г. – А что такое мораль?

В.К.- Мораль  – это императив добра. Мы все с детства от матери получали установки ценностные, даже может быть на подсознательном уровне. Что правильно, что красиво, что честно, что справедливо. И таким образом, мораль – это система этических ценностей, которые накоплены обществом, нацией, народом, который проживает на данной территории, они  накоплены веками. Они незыблемы. И государство, не имея права вмешиваться в мораль, тем не менее, должно защищать мораль. И такими формами защиты со стороны государства общественной морали  являются действия, направленные на то, чтобы не допускать уничтожения моральных устоев. Украина запретила своим законодательством и даже установила уголовную ответственность за пропаганду национальной вражды, за пропаганду религиозной вражды, за унижение человека или нации по национальному и расовому признаку, по физическим или психическим особенностям. То есть Украина ведет борьбу против ксенофобии и антисемитизма, украинофобии, русофобии и всяких фобий и учит нас, требует от нас, уважать друг друга и права других людей.

Э.Г. -  Откуда Ваш моральный стержень?

В.К. – От мамы. Без сомнений. Моя мама София всегда видела во мне врача, но я маму не послушался. Она очень хотела, чтоб я пошел в медицинский, но я пошел на юриста. Может быть, я отдаю моральный долг своей маме. Я не сумел стать врачевателем физического здоровья, из меня, может, получился человек, который не стал врачевателем морального здоровья , но который сумел поставить проблему необходимости такого врачевания. А еще я продолжаю свою работу как ученый.

Э.Г. – На комиссию обрушивается очень много нападок. Украинский независимый совет еврейских женщин выступил с Инициативой «ЗА Защиту морали», по сути, в защиту комиссии по морали. Как Вы считаете, от кого и чего нужно защищать комиссию. Кто ее враги?

В.К. – Во-первых, мораль нужно защищать от людей, которые не хотят потратить достаточно времени, чтобы делать хорошую продукцию. Я думаю, что не всегда даже собственники СМИ и первые лица из менеджмента имеют достаточно времени, чтоб посмотреть что они показывают. Вопросами морали в Украине занимаются не так много журналистов. Все остальные журналисты, которые занимаются политикой, социальной рекламой, обращаются к вопросам морали иногда, периодически. В силу того, что им эта проблема попалась на дороге. Человек бежит, в журналистике нужно бежать, чтобы все успеть, он хватает на лету разную информацию, в том числе ухватил что-то из интернета о комиссии и это выбросил в эфир, и все, дальше забыл, он уже занимается чем-то  другим. И к морали, может быть, вернется через год, через два, а может быть никогда. Вот в этом проблема. А людей, которые профессионально занимаются  проблемами морали не так много. И среди них, к сожалению, есть достаточно наших оппонентов. Во-вторых,  мораль нужно защищать от людей, которые делают криминальный бизнес. Это и детская порнография и вообще порнография. В- третьих, мораль нужно защищать от людей, которые остались где-то там, в 15-17 веке. И они не чувствуют что в мире уже возникло глобальное гражданское общество, информационное пространство, и что уже совсем другие правила жизни. И действует принцип толерантности и принцип уважения к другим людям, которые другие по цвету кожи, по национальности, по физическим своим данным, принцип уважения к ним и к их правам – это основа современной жизни.

Э.Г. – В последнее время мы получаем неутешительные данные соцопросов по уровню ксенофобии,  антисемитизма, расизма. Вы замечаете рост обращений в комиссию всвязи с этими явлениями? Это растущая проблема для Украины?

В.К. – Я наблюдаю рост ксенофобии и антисемитизма и в других странах. Я об этом сообщаю всегда СМИ.

Э.Г. – То есть это мировая проблема?

В.К. -  Я думаю, что да.

Э.Г. – Украина отличается в лучшую или худшую сторону от общей мировой тенденции?

В.К. -  Для Украины характерна распущенность, отсутствие такта. Очень часто люди в публичной своей деятельности не считаются, может быть, просто не очень сильно задумываются, как они выражаются. В их высказываниях проскакивает иногда такое пренебрежительное отношение к представителям другой нации или подчеркивание малозначимости представителей другой нации, или наоборот возвеличивание своей нации. Хотя перед Богом мы все равны.

Э.Г. – Для многонациональной Украины это неприятная проблема. А что можно делать, чтобы повышался уровень толерантности, терпимости и искреннего принятия одного другим? Что может сделать Нацкомисия?

В.К. – Мы пытаемся что-то делать. В проекте закона о защите общественной морали, который подготовила наша комиссия, был поставлен вопрос антисемитизма и ксенофобии, как явлений, которые государство и общество не приемлют.

Э.Г.-  Комиссию часто обвиняют в цензуре. А где грань между цензурой и защитой морали?

В.К. -  С теоретической точки зрения грань между цензурой и защитой морали состоит в том, что цензура, по закону, это предварительное рассмотрение государственными органами или государственным чиновником какой-либо информации, то есть статьи, произведения, с последующим разрешением опубликования, обнародования этой информации.

Мы  делаем экспертизу и устанавливаем факт или отсутствие факта нарушения закона о защите морали в продукции, которая уже обнародована, которую люди увидели. Мы должны сказать имеется в этой продукции пропаганда алкоголизма или пропаганда наркомании, имеется в этой продукции пропаганда национальной или религиозной вражды, унижение национальных или религиозных святынь, или нет. И еще мы занимаемся профилактической просветительской работой.

Мы подписали «Хартию о партнерстве ради информационных прав и свобод и защиты общественной морали» со многими телеканалами и СМИ, у нас есть договора о партнерстве с общественными организациями. Это все делается для оздоровления общественной морали в обществе.

Э.Г. -  Какое у вас отношение с простым гражданином? Если, к примеру, женщина  увидела по телевизору или на билборде  что-то, что она считает вредным и опасным для своего ребенка, она может обратиться в комиссию? Комиссия отреагирует на крик и возмущение ее  души?

В.К. -  Во-первых, я предлагаю читателям уважаемой газеты самим попытаться выступить в роле тех, кто напишет, и увидеть, что происходит дальше. Не важно, кто ты или домохозяйка, или Народный депутат, толи вы шьете костюмы, то ли вы являетесь судьей, то ли вы известный журналист, –  для комиссии все равны. Каждый может обратиться, и у нас были случаи, когда домохозяйки преспокойно приезжали на заседания комиссии и предъявляли свои обоснованные претензии производителям информационной продукции, то ли это телеканал, то ли это газета. Это справедливо, это нормально для государства предоставить это право. Если вы считаете, что кто-то вмешивается в вашу частную жизнь или возле школы, куда ходит ваш ребенок поставили рекламу какую-то, которая вас не устраивает, и вы считаете,  что она нарушает ваши права, вы можете идти в суд. Но суд – это все-таки не такой публичный орган, а мы орган публичный, и вы имеете возможность публично предъявить претензии и получить результат. Но самое главное, что те субъекты предпринимательства, к которым предъявлены  претензии, имеют право на публичную защиту. Значит,  это гласное разбирательство. Домохозяйка в суд не пойдет жаловаться на телеканал, а в комиссию  с удовольствием напишет и придет  на заседание, когда ее пригласят.

Э.Г. – Я думаю, что после нашего материала у вас будет намного больше обращений. Что бы вы пожелали читателям нашей газеты?

В.К. – Хочу сказать, что мы способны сделать еще многое, чтобы оставить этот мир для наших детей лучше, чем мы получили от своих родителей. Я хочу пожелать всем вам успехов. Всем читателям  газеты «Киев еврейский» добра, процветания, реализации ваших планов, здоровья и уверенности в том, что современное человечество найдет в себе силы решить этические проблемы.

Метки:
http://beztabu.net/ все песни Рустам Гильфанов.

Sorry, comments for this entry are closed at this time.